Марк Васильев. Мировое троцкистское движение 30-х годов по материалам коминтерновских источников

Любой исследователь-историк, занимающийся анализом Великой Чистки 30-х годов не может не заметить одного разительного противоречия сталинской пропаганды. С одной стороны, печать, радио, средства устной и наглядной агитации рисовали картину всепроникающего троцкистского заговора, в который оказалась вовлечена почти вся старая партийная гвардия ВКП(б), большая часть хозяйственного аппарата и дипломатического корпуса СССР, большая часть старого руководства Коминтерна. Благодаря этому троцкизм мог оказывать свое «тлетворное» влияние не только внутри СССР, но и на события во Франции, Испании и других странах. С другой стороны, пропаганда Коминтерна изображала реально действующие в различных странах троцкистские партии как малочисленные, враждующие друг с другом секты, не пользующиеся сколько-нибудь значительным влиянием в международном рабочем движении и существующие только при финансовой поддержке фашистских правительств.

Это противоречие не получило удовлетворительное объяснение в исследованиях позднейших историков, изучавших сталинизм как на Западе, так и позднее в России. Сохраняя в неприкосновенности тезис об идейной и теоретической незначительности троцкизма как течения, Р.Конквест, Р.Такер, Д.Волкогонов склонны искать причины большого террора в иррациональной сфере: либо в психической болезни самого Сталина, либо в изначальном стремлении большевиков к насилию, вылившемуся во взаимоистребление.

Даже такие авторы, как И.Дойчер, принадлежавшие ранее к троцкистскому движению, но, порвавшие с ним впоследствии, при всем положительном отношении к Троцкому как к революционеру-мученику, оценивали международный троцкизм как «лодочку с очень большим парусом», имея в виду безусловный перевес авторитета Троцкого, так и не нашедшего за пределами СССР единомышленников, способных даже приблизиться к нему по уровню идейной убежденности и интеллекта. Подробно разбирая организационные неудачи в строительстве 4-го интернационала, трения между лидерами отдельных групп троцкистов разных стран, Дойчер достаточно последовательно подводит читателя к мысли, что главной причиной этих конфликтов и разногласий явилась якобы непоследовательность самого Троцкого, излагавшего в разные периоды времени прямо противоположные взгляды на природу СССР, на роль Коминтерна, задачи международной левой оппозиции и т.д.

Все вышесказанное объясняется не только субъективизмом исследователей но и тем, что многие документы Коминтерна, посвященные борьбе с троцкизмом стали доступны для изучения только в последние 4 — 5 лет. Анализ этих документов, выходивших под грифом «секретно» или «совершенно секретно», показывает, что: во-первых, они почти полностью лишены традиционных пропагандистских ярлыков, квалифицирующих троцкистов как слуг гестапо, Франко и Муссолини, а во вторых, то, что коминтерновские аналитики были отнюдь не склонны недооценивать влияние идей Троцкого на рабочее движение и широкую общественность стран Запада и Востока.

Разрыв сталинского руководства с курсом на международную революцию (тщательно маскируемый на первых порах «левой фразой») не означал автоматического прекращения революционной перспективы, толчок которой был дан в октябре 1917 года. Более того, экономический кризис начала 30-х годов а затем, приход Гитлера к власти не только способствовал радикализации и полевению самых широких слоев населения стран Европы, но и вскрыл грубейшие стратегические просчеты Коминтерна, на которые значительно раньше указывал Троцкий. Это объективно привело к новой серии расколов внутри компартий и укрепило мнение, что центр грядущей революции может возникнуть за пределами СССР. Естественно, что в этих условиях Троцкий и его единомышленники имели шанс стать очагом кристаллизации нового революционного руководства в рабочем движении. Эту перспективу не мог игнорировать Сталин , начавший в 30-е годы запоздалое сближение с широкими антифашистскими массами, в первую очередь с международной социал-демократией.

«Троцкистское влияние на молодежь не следует недооценивать»
Так, в информационном материале, подготовленном аппаратом ИККИ и датированном 1-м ноября 1935 года анализируется влияние троцкизма на политику Народного Фронта, проводимую компартиями западноевропейских стран. Там, в частности, указано: «Базой троцкизма в Голландии является профсоюзная организация НАС (12 тыс.членов) и Революционная Социалистическая рабочая партия (РСРП). Соотношение сил между нами и троцкизмом таково: у КП Голландии 6 тыс. членов, у троцкистов 2,5 — 3 тыс. членов. На последних парламентских выборах мы получили 134 тыс.,а РСРП — 51 тыс. голосов. Хотя эта партия является главной опорой Троцкого в деле создания нового интернационала, в ней есть течения, возражавшие против троцкистской линии… В ноябре созывается чрезвычайный съезд РСРП по вопросу о 4-м интернационале.

Важнейшей силой троцкизма в Бельгии является социалистический союз молодежи. Этот союз был инициатором тулузской конференции латинских секций СИМ …чьи военные тезисы были тоже составлены под явным влиянием троцкистов… бельгийский союз молодежи сможет явиться серьезной опорой троцкистского интернационала.

В Испании троцкизм пользуется значительным влиянием в социалистическом союзе молодежи (насчитывающем якобы 5О тыс. членов)… Троцкизм также оказывал довольно значительное влияние на левых социалистов, в особенности на интеллигентов, близких к Кабальеро, но, в последнее время влияние это падает…. В Каталонии рабоче-крестьянский блок, возникший в результате объединения троцкистов с группой Маурина насчитывает 2500 — 3000 членов. Здесь троцкисты опираются на профсоюзы.

Во Франции главным оплотом троцкизма является организация социалистической молодежи в сенском департаменте. Хотя на лильском конгрессе из союза были исключены 12 троцкистских функционеров, большинство в руководстве Сенской федерации по-прежнему составляют троцкисты»(1).

Авторы документа заключают: «Возможность образования троцкистского 4-го интернационала… не следует считать вполне исключенной. Базой его могут явиться Голландия, Бельгия и соцмол в ряде стран. Но, все-таки, главная опасность троцкизма заключается не в этом, а в том факте, что он будет оказывать идеологическое влияние на левых социал-демократов, снабжать их аргументами и, таким образом, способствовать тому, чтобы удержать левых от сближения с коммунистическими партиями или отсрочить таковое.

Троцкистское влияние на молодежь не следует недооценивать (Бельгия, Франция, Испания).Хотя это влияние распространяется главным образом на интеллигентов — лидеров социалистических союзов молодежи, троцкизм через них влияет и на определенные слои социалистической рабочей молодежи… социалистическая молодежь более восприимчива к троцкистским аргументам, согласно которым коммунисты своей политикой народного фронта осуществляют сотрудничество с буржуазией…

Отклонение политики народного фронта или выдвигаемые против него «левые» оговорки — позиция, первоначально встречавшаяся даже во Франции и Испании — идет от Троцкого». Авторы указывали, что в этих условиях троцкизм будет возлагать свои надежды на правые ошибки и зигзаги компартий, что неизбежные внутренние конфликты которых могут быть обусловлены привлечением мелкобуржуазных элементов. Подобная «коллаборационистская» политика может оттолкнуть от компартий наиболее леворадикальных членов, способных пополнить троцкистские группы в различных странах (2).

Одним из ярких эпизодов, подтверждавших вышеуказанный прогноз явилось т.н. «дело Целлера» .Ф.Целлер — руководитель социалистической молодежи в центральном Сенском департаменте Франции, стал в 1935 году все больше воспринимать политические взгляды Троцкого. Результатом этой эволюции явилась его поездка в Норвегию для личной встречи с Троцким и проведения дискуссий по политическим вопросам. Как позже сообщила газета Норвежской рабочей партии «Арбейдербладет»,для переговоров с Целлером в попытке повлиять на его взгляды, из Москвы во Францию приезжали представители Комсомола Косарев и Чемоданов, а руководители французской компартии сообщали Целлеру, что Троцкий будто бы живет в Осло как капиталист, имея дворец с большим штатом прислуги (3). В конечном итоге встречи и беседы с Троцким способствовали переходу Целлера на позиции троцкизма. По возвращении из Норвегии он написал своему товарищу открытку следующего содержания:»Я был несколько дней в Норвегии…У Троцкого, действительного организатора Октябрьской революции. Вы можете делать все, что вы хотите, но рано или поздно он всех вас заткнет за пояс. Смерть Сталину!»

Открытка была перехвачена коминтерновскими службами и позже опубликована с комментариями: «Троцкист Целлер призывает к убийству Сталина»(4).

«Все работало против них»
Проводившаяся сразу после 6-го Конгресса Коминтерна кампания по очищению компартий от » явных и скрытых оппортунистов, а также, от примиренческих к оппортунизму элементов» привела к множеству исключений и расколов. Оппозиционно настроенные коммунисты подвергались беспощадному шельмованию.

Как писал И.Дойчер, люди, воспринимавшие в те годы политические идеи Троцкого, не могли ,используя их рассчитывать на какие-либо привилегии. Скорее наоборот -»все работало против них: авторитет Москвы, престиж собственной партии, дисциплина пролетарского авангарда, внушительные массовые собрания, легионы пропагандистов и агитаторов некоторые из которых были не лучше гангстеров, а большинство из-за страстной, но слепой преданности к собственному делу превращалось в моральных убийц вчерашних товарищей»(5).

Но, если в демократических странах, где допускалась легальная коммунистическая деятельность, исключенные оппозиционеры имели возможность для организации, для выражения своих взглядов в печати, контактов с единомышленниками из других стран, то в гораздо более тяжелом положении находились троцкисты и прочие инакомыслящие в странах с фашистскими и полуфашистскими режимами , где компартии находились на нелегальном положении, и, как следствие, значительно больше зависели от финансовой и иной поддержки из СССР.

Восточная и Юго-Восточная Европа
Вместе с тем, документы свидетельствуют, что группы левой оппозиции функционировали и в этих странах. В Польше сторонники Троцкого имели нелегальные группы в Варшаве, Лодзи, Львове. Они издавали книги и брошюры Троцкого на польском и еврейском языках, в том числе, автобиографическую книгу «Моя жизнь». В материалах представительства ЦК Компартии Польши при ИККИ хранятся перехваченные письма, нелегально отправленные польскими троцкистами в Берлин, где до конца 1932 года находился Л.Седов. Как видно из писем, адресованных руководством компартии в адрес ИККИ, в 1936 году польские троцкисты вступили в Бунд и ППС(Социалистическую партию Польши) и с тех пор «их активность возросла многократно», особенно , когда во время первого Московского процесса лидеры Бунда и ППС развернули активную кампанию протеста. Тогда «везде, где это возможно, в качестве ораторов или главных докладчиков выступали троцкисты»(6).

В марте 1938 года В.Коларовым, занимавшим пост члена ИККИ и представителя компартии Болгарии был сделан секретный доклад «Борьба компартий балканских стран с троцкизмом». Докладчик подчеркнул, что до известной степени проводником троцкистской идеологии на Балканах явились политэмигранты, попавшие в СССР под влияние левой оппозиции. Носителями троцкистской идеологии явился также ряд студентов комвузов, вернувшихся после обучения на родину.

В Греции в начале 30-х годов возникла связанная с Троцким группа «Архиво-марксистов» (от имени журнала «Марксистский архив»), имевшая прочные позиции в Пирее и насчитывающая столько же членов, сколько официальная компартия. Коларов также сообщил, что в 1929-1930 годах под непосредственным влиянием Троцкого сформировалась левая оппозиция в компартии Турции. Она имела свой ЦК и низовые организации в ряде городов, была связана с троцкистским центром в Берлине. Турецкие троцкисты выпускали свою библиотеку под названием «гуманистическая библиотека»,включавшую в себя до 30-и брошюр.

Докладчик также сообщил, что до недавнего времени троцкистская группа открыто функционировала в Болгарии. Ее члены проникали в рабочую партию, в профсоюзы, а лидер в период первого Московского процесса выступал в печати со статьями в защиту подсудимых. После роспуска всех политических партий в стране члены этой группы продолжили свою работу в профсоюзах.(7)

Ожесточенная фракционная борьба привела к фактическому распаду компартии Югославии, руководство которой, объявленное шпионами и вредителями было практически полностью репрессировано. В письмах нового руководства КПЮ, большинство из которых было подписано И.Броз Тито, выступавшим под псевдонимом «Вальтер» указывается в частности что «троцкистские бандиты проникли в крупнейший угольный бассейн Словении, длительное время подвизаются в профсоюзах УРС-а в Загребе, имея возможность выступать в печатном органе «Рабочий вестник». Из имеющихся отрывочных данных видно, что в Сербии состоялась троцкистская конференция, и что один из докладчиков выступал против СССР в связи с борьбой в Испании.» В письмах, направленных в ИККИ также отмечалось, что вырвавшийся из СССР югославский оппозиционер А.Цилига добился того,» что лево-буржуазный журнал «Новая Европа» открыл страницы для гнусной клеветы против СССР,ВКП(б) и ИККИ»(8).

Конечно, численность этих партий и групп не была велика, насчитывая иногда десятки активных членов, но, необходимо учитывать, что к началу 30-х годов почти втрое сократилась и численность официальных компартий, входящих в Коминтерн. Многие их прежние руководители оказались за пределами партий, Новое руководство, выдвинувшееся на волне партийных чисток, зачастую вступало в конфликт с рядовыми партийцами и было не способным выполнять в полном объеме директивы ИККИ, требующие все новых исключений.

«Несомненно, что наши руководящие кадры, особенно в нелегальных партиях, необычайно отстали в идеологическом отношении… В вопросе борьбы с троцкизмом у них имеются громадные изъяны ,- подчеркивал на заседании секретариата ИККИ представитель КП Польши Б.Бронковский,- У нас был пример, когда один из крупных активистов в Польше пишет, что разногласия между Троцким и Лениным до революции были мелкими разногласиями, которые только после революции выросли в стратегическую проблему. Безграмотность, равносильная сегодня контрреволюции»(9).

«Международные резервы троцкизма»
Продолжающееся полевение и расслоение социал-демократии в середине 30-х годов привело к тому, что некоторые партии, входившие ранее во П-й интернационал, осудили его реформистскую политику и порвали с ним отношения, образовав т.н. «Лондонское бюро революционно-социалистического единства». Входящие в него партии: Социалистическая рабочая партия Германии (САП),Независимая рабочая партия Англии (НРП),хотя и сотрудничали с коммунистами в собственных странах, в целом осуждали политику Коминтерна, считая ее оппортунистической и полностью зависимой от геополитических расчетов сталинской верхушки в Москве .

К партиям Лондонского бюро, включавшим также испанскую ПОУМ, Социалистическую партию Швеции и некоторые другие, внимательно присматривался Троцкий характеризовавший это течение в целом как центризм, и считавший, что при обострении классовой борьбы часть этих партий качнется вправо, другая часть будет последовательно приближаться к движению 4-го Интернационала. Особенные надежды он возлагал на английскую НРП, ПОУМ, партию унитарных социалистов Румынии, которые, по его мнению имеют немало сторонников 4-го Интернационала, особенно среди рядовых членов (10).

Эти же партии находились под пристальным вниманием коминтерновских информаторов, сообщавших, в частности, что «В последнее время троцкистская пропаганда стала бурным потоком изливаться со столбцов т.н.»левых» лейбористских журналов, например,»Форуорд» и «Нью Лидер» в Англии. Публикуемые «Форуордом» статьи и письма содержат яростные нападки на товарища Сталина и советское правительство в связи с недавними арестами троцкистско-бухаринских шпионов и вредителей». В доказательство троцкистской провокационной деятельности «Форуорда» был представлен факт опубликования на его страницах полного текста заключения комиссии Дьюи, «взявшей на себя задачу обелить Троцкого и атаковать СССР».Не меньшую ненависть у коминтерновской агентуры возбуждали статьи органа НРП «Нью лидер» (11).

В Норвегии роль проводника троцкистской пропаганды в рабочем движении была приписана прессе Норвежской рабочей партии, которая «не только недвусмысленно встала на точку зрения Троцкого, но и предоставила «полосы» для всех его «разоблачений» и клеветнических выпадов.» В секретном материале о троцкизме в Норвегии было указано, что только за август-октябрь 1936 года центральный партийный орган «Арбейдербладет» напечатал 11 таких «разоблачений».(12). В результате этого популярность Троцкого и его идей в Норвегии, по мнению коминтерновских аналитиков значительно возросла. В подтверждение тому был приведен эпизод, когда при разгоне профашистской демонстрации в городе Ставангер рабочие — приверженцы Норвежской рабочей партии кричали «Ура Троцкому!»

Все это , взятое вместе нашло отражение в директивных указаниях секретариата ИККИ: «Мы встречаемся в капиталистических странах с троцкизмом в трех видах, с тремя формами его работы, обращал внимание Бронковский,- 1) Это замаскированные троцкисты в наших собственных рядах. Это двурушническая диверсионная работа…которую они проводят, подписываясь под нашей программой и прикрываясь партбилетом. 2) Это самостоятельные троцкистские организации. 3) Это троцкисты в социал-демократических партиях, деятельность которых сейчас усиливается…»(13).

Испанская революция. «В вопросе борьбы с троцкизмом у них имеются громадные изъяны»
Новым этапом драматического противостояния сталинизма и революционного интернационализма явилась испанская революция и гражданская война 1936 — 1939 годов. Вскоре после военного мятежа партии Лондонского бюро созвали в Брюсселе совещание, которое констатировало, что «Испания в этот момент есть поле битвы международного рабочего класса.» Осудив политику «невмешательства» и ,особенно, присоединение к ней СССР, Брюссельское совещание констатировало, что главное противоречие испанской войны не «буржуазная демократия — фашизм»(как это утверждала пропаганда Коминтерна), а другое противоречие — «капитализм — социализм». Совещание также подчеркнуло необходимость создания в Испании массовых органов рабочих, крестьян и солдат, чтобы добиваться окончательно взятия власти и построения социалистического общества. Испанская революция тем самым виделась «как новый этап мировой социалистической революции»(14). Казалось бы, прогноз Троцкого о консолидации всех революционно-интернационалистских сил начинает оправдываться.

В мае 1937 года в Барселоне было намечено совещание всех международных антифашистских организаций, солидарных с борьбой испанского пролетариата, одной из целей которого было создание активного центра нового интернационала. Факты свидетельствуют также и о том, что в 1936 году наметились пути восстановления контактов между Троцким и ПОУМ, прерванных ранее из-за ряда разногласий.

Анализ архивных документов секретариата ИККИ позволяет сделать вывод, что именно консолидация всех антисталинских сил, стоящих на платформе международной революции, вызывала наибольшее беспокойство кремлевской верхушки. Испанская ПОУМ, партии Лондонского бюро, находящиеся с ней в политической солидарности, были безо всяких оговорок объявлены троцкистскими организациями, пятой колонной фашизма и преследовались с такой же жестокостью, как и действительные сторонники Троцкого.

Правящая бюрократия в СССР и послушный ей Коминтерн задействовали в борьбе против троцкизма (под которым подразумевались все антисталинские левые силы) в 1936-1938 году невиданный по тем временам пропагандистский аппарат. По итогам московских процессов, а также Февральско-мартовского пленума 1937 года ИККИ выпустил целый ряд обширных инструктивных материалов, рассылавшихся во все страны, где имелись компартии.

Этими директивами предписывалось, чтобы «Политбюро каждой партии наметило ряд мероприятий, направленных к тому, чтобы кампания по своему характеру и размаху носила не только внутрипартийный характер, а рассчитана была на широчайшие народные массы. Необходимо показать этим массам троцкизм как агентуру фашизма, а Троцкого и троцкистов как подлейших врагов СССР, врагов свободы народов, их независимости, реставраторов капитализма в СССР, поджигателей войны… Необходимо, чтобы широкие народные массы в процессе кампании выдвигали требования изгнания Троцкого из Мексики, требования, чтобы Троцкий предстал перед пролетарским судом в СССР»(15). С этой целью секретариат ИККИ высказывал пожелание, чтобы ведущие деятели западноевропейских компартий, присутствовавшие на процессах в Москве, публично выступили в крупнейших столицах Европы. В своей агитации им предписывалось опираться на «конкретные факты» из признательных показаний подсудимых: «убийство Кирова, убийство 29 красноармейцев, взрывы шахт, химических заводов и т.д., давая очные данные, где, когда и сколько человек погибло»(16).Помимо этого подчеркивалась необходимость организации международного митинга в Лондоне.

Наряду с этим предлагалось «систематически организовывать собрания социал-демократических рабочих и реформистских профсоюзов в целях разъяснения вредительской работы троцкистов в каждой соответствующей стране». Особое внимание требовалось также обратить «на национальные интеллигентские и международные организации (Лига прав человека и гражданина, союзы писателей, Международный комитет за права убежища и др.)(17)

В ходе кампании были намечены и другие мероприятия в лучших традициях психологической войны. Планировалось издание «на всех иностранных языках» биографии Троцкого, сборника всех статей Сталина против Троцкого и троцкизма а также (вероятно в ответ на Красную книгу Л.Седова о московском процессе) — издать сборник «Черная книга международного троцкизма», содержащий обзор работы троцкистов в различных странах. Придавая особое значение борьбе с троцкизмом в Испании, секретариат ИККИ поручил М.Кольцову дать ряд статей о подрывной работе троцкистов в этой стране(18). Особое внимание компартий было обращено на борьбу с примиренчеством в собственных рядах. Они должны были бороться «против малейших попыток защиты и укрывательства троцкизма или нейтралитета по отношению к троцкизму, исключая из партии всех, в какой бы то ни было степени связанных с троцкистской контрреволюцией»(19).

Ввиду того, что «троцкизм есть одна из разновидностей фашизма»,всем партиям было предложено трактовать вопросы троцкизма именно под этим углом. На всех важнейших языках планировалось издать «брошюры и специальные листовки, в которых привести совпадающие по основным вопросам мировой политики и мирового рабочего движения взгляды из писаний Троцкого, Дорио, Геббельса и Гитлера». Советскому союзу железнодорожников было предложено обратиться с письмом к железнодорожникам всех стран с изложением фактов железнодорожных диверсий, вскрытых на процессе с перечислением количества жертв, материальных убытков(20).

Своего апогея кампания борьбы с троцкизмом достигла во время третьего московского процесса. ИККИ предписывал компартиям разъяснять, что «правотроцкистский блок» есть «международный заговор реакции и фашизма инспирированный центрами шпионажа гитлеровской Германии и Японии и осуществлявшийся при участии остатков всех антисоветских группировок: троцкистов, правых, зиновьевцев, буржуазных националистов, меньшевиков и эсеров.»

Полный протокол процесса предполагалось издать на английском, французском и немецком языках не позднее 20Ш38г. Сокращенный протокол процесса в форме книги на испанском, итальянском, чешском, венгерском, голландском, датском, шведском, норвежском, финском и хорватском языках планировалось напечатать не позднее 25-38 года(21).Одним из ведущих членов комиссии по организации этой кампании был Пономарев — будущий секретарь ЦК КПСС.

Беспрецедентный психологический террор и физическое истребление «троцкистов»в СССР и Испании достигли своей главной цели: революционный подъем 30-х годов не завершился победоносной революцией. За пределами СССР не возникло по-настоящему массового интернационального движения пролетариата, способного составить альтернативу сталинизму.

Вместе с тем, жестокие чистки ,предельно ослабившие и деморализовавшие пролетариат европейских стран, все же не произвели полного уничтожения духа интернационализма. Так, в докладе представительства французской компартии при ИККИ от 21 июля 1938 года констатировалось: «Вообще полагают, что во Франции нет «троцкистской партии» кроме нескольких небольших, изолированных друг от друга сект, которые лишены связи с массами… Но, в действительности троцкизм во Франции это нечто иное…Если анализировать деятельность «изолированных элементов»,то мы видим, что они все в той или иной мере сгруппированы. Например, принадлежавшие в 1934 году к социалистической партии, теперь обретаются в рядах пиверистов, другие оказываются сотрудниками «Эспань Социалист». Третьи примыкают к новому движению «Май 1937″ во главе с Мадленой Паз и другими, хотя в Социалистической партии они принадлежали к разным течениям».Обращая особое внимание на партию во главе с М.Пивером, докладчик не исключал, что после учредительного съезда этой новой партии «пиверисты вступят в переговоры с другими троцкистскими и анархистскими группировками»в целях объединения(22).

Репрессии и провокации не остановили дальнейшую консолидацию приверженцев 4-го Интернационала за пределами европейского континента. Об этом говорят обширные сводки, собранные А.Марти, П.Тольятти, О.Куусиненом и хранящиеся ныне в их личных фондах.

Америка, Австралия, Южная Африка
Значительная часть этой информации исходит из стран Северной и Южной Америки. В США, где формировалась самая многочисленная секция 4-го Интернационала, в бюллетене от 8 января 1938 года было указано, что после исключения из Социалистической партии 500-600 троцкистов, они «проявляют активную деятельность в Миннесоте, где держат в своих руках сильный союз шоферов», представлены в руководстве союза моряков на тихоокеанском побережье, в союзе текстильщиков(23).

Особое внимание было уделено работе сторонников Троцкого в молодежных организациях США: «Весной 1936 года троцкисты вступили в соцмол. С тех пор позиция Социалистического союза молодежи стала совершенно троцкистской.» Через соцмол троцкисты проникли в американский союз студентов, который послал на международный студенческий конгресс в Женеву делегата-троцкиста(24).

В мае 1939 года в ИККИ поступили сведения о состоявшемся съезде Социалистической рабочей партии — американской секции 4-го интернационала и принятой на нем резолюции. Последняя содержала пункты об усилении наступательной тактики по отношению к компартии США, усилении борьбы против курса Рузвельта, полностью поддерживаемого компартией, о концентрации деятельности в странах Латинской Америки(25).

К концу 1938 года в ряде стран Южной и Центральной Америки уже действовали группы активных троцкистов. Как свидетельствуют документы, в Аргентине троцкисты действовали в Социалистической и Социалистической рабочей партии, в Бразилии — в Национально-освободительном альянсе, где вели активную агитацию против московских процессов, на Кубе — в Революционно-демократической и в Революционной партии, В Чили — в Народном Фронте, где, как было указано, «Они имеют деятелей, популярных среди масс, одного депутата в нынешнем парламенте и одного сенатора в предыдущем»(26).

В Боливии, где до II-й мировой войны не существовало компартии, действовала секция 4-го интернационала, «лидер которой — писатель-авантюрист Тристан Мароф, живущий в Аргентине, пользуется популярностью в Боливии»(27). Впоследствие боливийские троцкисты сыграли важную роль в национально-демократической революции 1952 года.

В 1939 году было также получено сообщение об образовании секции 4-го интернационала в Канаде под названием «Социалистическая рабочая лига»и ее печатном издании «Социалистическое действие»(28).

В Южной Африке троцкисты образовали «Рабочую партию»,считавшую себя также секцией 4-го Интернационала и выпускающую журнал «Пламя»"на английском и туземном языках» В бюллетене, адресованном А.Марти имелись данные, что южноафриканские троцкисты выступают в демократической и профсоюзной печати, имеют книжный магазин марксистской литературы в Иоханнесбурге (29).

В Австралии, по данным ИККИ, троцкистская группа впервые проявила себя в начале 1933 года и имела организации в Сиднее и Мельбурне. Руководителем ее был профессор философии Сиднейского университета Андерсон. В 1935 году они нашли себе союзника в лице бывшего генерального секретаря компартии Австралии Кавано. Как видно из материала, подготовленного Артуром Лондоном (будущим подсудимым на процессе Р.Сланского в Чехословакии), австралийские троцкисты издавали свой еженедельник «Милитант», проникли в организацию Лейбористской партии штата Виктория,и, используя лейбористскую прессу,» клеветали на СССР, и, особенно на товарища Сталина, утверждая во время московских процессов, что вся ленинская гвардия расстреляна»(30)

К борьбе против троцкизма и за единство рабочего движения призывала компартия Новой Зеландии. В резолюции ее ЦК от 7 мая 1940 года подчеркивалось, что троцкистская опасность в стране «значительно возросла со времени начала войны»(31)

Китайская революция
В тяжелых условиях гражданской войны действовала левая оппозиция в Китае, ядром которой стала группа вернувшихся из Москвы студентов Университета трудящихся Китая. После 1929 года к ней присоединился Чен Дусю -один из бывших руководителей китайской компартии, признавший правильность взглядов Троцкого на китайскую революцию. «В последнее время Чен Дусю вошел в открытый блок с троцкистской фракцией,состоящей из небольшой группы бывших студентов Китайского университета, вернувшихся из Москвы в Китай,-сообщал коминтерновский источник,-Они имеют подпольную организацию, именуют себя большевиками-ленинцами, издают подпольную газету «Наше слово», целиком направленную против Киткомпартии. Они выступают против ЦК и Коминтерна, заявляя, что Коминтерн все время вел оппортунистическую линию в китайской революции, что он является ответственным за провал китайской революции, что единственно, кто стоял на правильной линии, это был Троцкий. Они требуют установления крайнего демократизма в партии и предоставления широкого обсуждения политической линии и тактики Центрального Комитета»(32).

В 1931 году ведущий член Политбюро КПК Ли Лисян был обвинен в левацком уклоне и борьбе против политики ИККИ. После этого он направил в адрес Исполкома Коминтерна обширное покаянное письмо, в котором полностью признал свои ошибки и дал характеристики всех членов Политбюро КПК, отражающие беспрецедентную фракционную борьбу, развернувшуюся в ней в начале 30-х годов. В письме, сохранившемся в материалах секретариата ИККИ, говорится, что Цюй Цюбо (один из старых революционеров, казненный гоминьдановцами в 1935 году), » попав под полутроцкистское влияние тов.Ломинадзе,повел партию по пути путчизма….Чжоу Энлай был в то время очень близок к Цюй Цюбо» и поддался его влиянию…» Подобные отвратительные явления( дело доходило до открытого блока с троцкистами) поистине были первыми в истории китайской компартии(33).

Условия существования китайской левой оппозиции можно назвать в полной мере экстремальными .С одной стороны они изгонялись и преследовались руководством КПК, с другой стороны, с ними зверски расправлялись военные власти националистического правительства. Представление об этом можно получить из материалов т.н.»архива Снефлиета» — документов голландской РСРП, конфискованных в 1940 году гитлеровцами и позже , после разгрома Германии, переправленными в СССР. Так, в листовке от 26 июля 1935 года ,посвященной китайскому левому оппозиционеру Ниль Си (Niel Sih),сообщалось, что он и четверо его товарищей были арестованы и брошены военными властями в Нанкинскую тюрьму. Несмотря на многомесячные избиения, лишения пищи и медицинской помощи, аресты родственников, ни один из них не отрекся от своих коммунистических убеждений (34).

Новый виток антитроцкистской кампании в Китае, уже во время японской интервенции, был связан с т.н. «Сианьскими событиями» 1936 года, когда группа радикально настроенных офицеров гоминьдана арестовала Чан Кайши в г.Сиань, считая его позицию капитулянтской по отношению к интервентам. Часть лидеров компартии была склонна поддержать восставших офицеров, однако, после вмешательства руководства Коминтерна, высказавшегося в пользу Чан Кайши, последний был освобожден .

В делах, посвященных этим событиям хранится перевод статьи из китайского коммунистического журнала «Фронт молодежи» от 25 марта 1938 года, где сообщается о предстоящем суде над троцкистом Чжан Му тао, который обвинялся в том, что во время событий в Сиани «он собрал некоторую часть военной молодежи и устроил собрание…на котором решили убить Председателя военного совета Чан Кайши»

В статье также писалось, что «до самого ареста бандит Чжан выдавал себя за главнокомандующего армией самообороны, называл себя командующим партизанскими отрядами и распространял слухи, позорящие антияпонских вождей. Принимая во внимание все вышеуказанное, можно думать, что не найдется ни одного человека, который бы стал отрицать, что бандит Чжан Мутао заслуживает смерти»,- говорилось в заключении.(35).

В «Правде» от 4 марта 1939 года в статье, подписанной именем Чжен Лин, отмечалось,что китайские троцкисты «в провинциях Цзянси и Фуцзянь собрали свой бандитский отряд , назвали его «Красной армией» и пытались спровоцировать вооруженный конфликт между партией и гоминьданом»(36)

Доступные нам материалы не позволили все же составить полную картину о деятельности левой оппозиции в Китае, о ее связях с другими секциями 4-го интернационала, об отношении к Чан Кайши и другим лидерам гоминьдана, подробностях вооруженной борьбы и размахе репрессий. Однако, в политических установках ЦК КПК, утвержденных Президиумом ИККИ в марте 1940 года содержалось настоятельное требование усилить разоблачение троцкистов и добиваться их изгнания из национально-освободительного движения. В связи с этим предлагалось в целях улучшения кадровой политики создать при ЦК КПК отдел кадров, возглавляемый одним из секретарей ЦК.

Отдел должен был взять на учет «всех ренегатов, троцкистов, предателей, особенно обращая внимание на изучение бывших руководящих работников КПК»(37).

Индия и Юго-Восточная Азия
Коминтеновские агенты в Индии информировали Центр, что хотя в этой стране нет троцкистских групп, отдельные троцкистские идей имеют привлекательность среди руководства «Социалистической партии Конгресса», сотрудничавшей с Лондонским бюро и английской НРП. В особенности протроцкистскую позицию занимал, по мнению информаторов, генеральный секретарь СПК Массани, вступивший в прямую переписку с Троцким (38).

Сильные позиции в конце 30-х годов троцкисты имели также в Южном Вьетнаме. Как следует из материалов компартии Индокитая, после произошедшего в партии раскола, «троцкисты захватили в 1936 году главный печатный орган партии газету «Ля Лютт»(Борьба) и превратили его в клеветнический листок против Народного Фронта, КП Франции и СССР… Компартия не сумела противостоять вредительской провокационной работе троцкистов из группы «Ля Лютт»(39). В советском историческом сборнике «Коминтерн и восток», изданном в 1969 году также констатируется факт, что троцкистские группировки имели довольно большое влияние в Южном Вьетнаме, и компартия не смогла утвердить свое влияние в массовых организациях. «Мы слишком переоценили свои силы, пренебрегая разоблачениями троцкистских маневров и недостаточно уделяя внимание работе среди широких масс», — отмечали впоследствии коммунисты Вьетнама(40).

Таким образом, несмотря на репрессии, беспрецедентное идеологическое и пропагандистское давление, мировое троцкистское движение существовало как единая тенденция. Вне всякого сомнения, идейная роль Троцкого и его работ, переведенных на многие языки мира, служила фактором, его консолидации и идейной устойчивости. Череда разнузданных кампаний идеологической травли, а затем и прямых полицейских репрессий свидетельствет о том, что Сталин и его окружение отдавали отчет, какого рода идеи представляют прямую угрозу господству бюрократии. В настоящем исследовании «географии» троцкистского движения мы старались опираться именно на информацию источников сталинизированного Коминтерна, предназначенную не для пропаганды, а для оперативных мероприятий. На наш взгляд, это усиливает объективность и достоверность информации.

ПРИМЕЧАНИЯ 1. Российский Государственный Архив Социально-политической Истории (РГАСПИ), ф.495,оп 20,д.753,л.96-101.
2. там же, л.99-101.
3. РГАСПИ, ф 495,оп 15,д.128,л.296-297.
4. там же, л.298-299.
5. Дойчер И. Троцкий в изгнании,М.1991.с.131.
6. РГАСПИ , ф 495,оп 123,д.181,л.9-21,22-24,204-205.
7. РГАСПИ, ф 495,оп 282,д.70,л.72-103.
8. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.648,л.24-26.
9. РГАСПИ, ф 495,оп 18,д.1192,л.38-40
10. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.837,л.4-20.
11. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.110,л.18-21.
12. РГАСПИ, ф 495,оп 15,д.164,л.28-30.
13 РГАСПИ, ф 495,оп 18,д.1192,л.38.
14. РГАСПИ, ф 495,оп 12,д.94,л.12.
15. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.750,л.3-4.
16. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.751,л.236-239.
17. там же
18. там же
19. там же
20. там же
21. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.750,л.61-64.
22. РГАСПИ, ф 495,оп 18,д.1246,л.76-85.
23. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.536,л.9-10.
24. РГАСПИ, ф 495,оп 14,д.121,л.7-12.
25. РГАСПИ, ф 495,оп 14,д.130,л.10-13.
26. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.830,л.54-65.
27. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.830,л.67.
28. РГАСПИ, ф 495,оп 14,д.130,л.9.
29. РГАСПИ, ф 495,оп 14,д.354,л.1-4.
30. РГАСПИ, ф 495,оп 14,д.303,л.51-53,61,91,92.
31. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.431,л.94-95.
32. РГАСПИ, ф 495,оп 18,д.845,л.61-63.
33. РГАСПИ, ф 495,оп 18,д.1305,л.257-274.
34. РГАСПИ, ф 552,оп 1,д.6,л.46-47.
35. РГАСПИ, ф 532,оп 4,д.280,л.157-165.
36.»Правда»,4 марта 1939 г.
37. РГАСПИ, ф 495,оп 20,д.311,л.120-122.
38. РГАСПИ, ф 495,оп 16,д.59,л.108,109,149.
39. РГАСПИ, ф 495,оп 14,д.404,л.27,28.
40.Коминтерн и Восток. Борьба за ленинскую стратегию и тактику в национально-освободительном движении. М.1969 г.
С.441 — 443

 

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс